Углы губ в улыбке пропорциональны степени свободы

В жизни случаются ситуации, когда кто-то превосходящий вас в силе, степени влияния, самоуверенности говорит, что вам нужно делать или как думать. И тут можно легко почувствовать себя жертвой, заложником, можно потерять свою собственную активность. Может показаться, что единственным вариантом остается только обидеться и молча согласиться со всеми его требованиями.

Да, так бывает, что человек не в силах изменить ситуацию, но есть вариант, который никто не может у вас отобрать – это ваше отношение к происходящему, вашу интерпретацию события, ваше решение как отвечать на эту ситуацию, как проживать ее.

И жизнь постоянно подтверждает мне это, когда я вдохновляюсь примерами детей. На днях в полишкином детском садике из уст одного папы услышала историю. Он забирал ее после работы. Был сильно измотан в этот день. Устал.

У дочери было прекрасное настроение, она играла с ребятами в пятнашки и еще не отошла от игры. И сев на заднее сидение в машину, начала подпрыгивать.

Отец не сдержался и рявкнул: «Прекрати немедленно! Это опасно! Хватит подпрыгивать. Что с тобой? Сиди спокойно!»

Дочь конечно подчинилась.

А на светофоре мужчина вдруг обернулся к дочери и увидел, что та сидит и улыбается. Отец не понял ее улыбку и попросил объяснить свой смех. Девочка сказала: «Папа ты можешь заставить меня сидеть спокойно, но я продолжаю подпрыгивать внутри себя!».

Другие люди, обстоятельства жизни могут быть гораздо сильнее и  заставить «сидеть тихо», «запереть в комнате»…., но никто не может отобрать внутреннюю свободу человека, его возможность решать – как он будет проживать эти обстоятельства. И эта возможность помогает возвратить и укрепить личную силу человека, его активность.

Уходя из садика, я поразилась, что даже настолько маленькая девочка может прийти к своей внутренней свободе. И тут же я вспомнила слова Виктора Франкла про ценность отношения, ценность персональной позиции: «Единственное, что вы не можете обобрать у меня – это мое решение – как ответить на то, что вы делаете со мной»

 

Лакмусовый человек

Присутствие другого человека, его слова, поступки, то, как он являет себя миру, может быть для тебя той лакмусовой бумажкой, которая проявит твои разные стороны.

Поможет понять – какой ты есть, каким ты можешь быть, каким тебе быть хочется, а каким нет.

Одни люди становятся такими лакмусовыми бумажками самыми разными способами, кто-то через любовь, а кто-то через ненависть, зависть, злость, обиду.

На мой взгляд, это большое везение, когда ты встречаешь такого человека.

Вдруг чувствуешь, что именно в его присутствии становишься «сам не свой» — грубый, злой, дерзкий, циничный, громкий, перебивающий, глупый или молчаливый, задумчивый, нежный, умный, романтичный, добрый или какой-то еще.

Вдруг все, что обычно ты прячешь за каким-то привычным образом себя, проявляется. Из далеких скрытых уголков твоей души появляются разные стороны тебя . Они выходят на передний план, оттесняя в безликую массовку то, каким обычно ты кажешься себе самому и другим.

Неужели это тоже я? Да, да, ты! Тоже самый настоящий ты!

И что-то из этого проявленного ты сможешь принять, к чему-то сможешь привыкнуть.

С чем-то будешь яростно не соглашаться и бороться до полного уничтожения себя.

Что-то стыдясь, снова затолкаешь в тот же самый темный уголок, откуда оно и появилось, оглядываясь по сторонам – не заметил ли кто-то того, каким ты можешь быть.

И может быть, с тех пор, этого лакмусового человека ты будешь обходить за три версты, только чтобы скелеты в твоих шкафах не оживали, не начинали бы свои пляски и не болтали бы с тобой, заставляя тебя снова и снова сомневаться в своей безупречной положительности или своей порочности.

И может быть, ты сам тоже — такой же лакмусовый человек для кого-то :)

 

Господи, ни охнуть, ни вдохнуть

Не так давно я разговаривала с одним мужчиной, у него были сложные взаимоотношения с Господом. Не то, чтобы мужчина в него не верил совсем, так было сказать нельзя. Ведь у него к Господу было много сочувствия. Но и веры у него полной не было.

Мужчина руководил очень крупным холдингом, много работал и сильно уставал.

Такую же участь он отвел и Богу, вообразив, что присмотр за сотворенным должен выматывать чрезвычайно и отнимать последние силы. Это когда сил нет от слова «совсем». И держаться тогда можно только на любви.

Потому как выслушивать такое доносящееся до тебя ежесекундно без любви? Без любви никак:

— Господи, спаси, дай ей немного жизни…

— Господи, забери ее к себе, посмотри, как она мучается…

— Господи, пусть он останется со мной…

— Господи, ну, пусть же наконец, он соберет вещи и уйдет от меня, сил никаких нет…

— Господи, накажи его за все, что он сделал…

— Господи, прости его, прости…. и меня тоже прости….

«И каково это быть на таком месте, когда постоянно ходишь под выбором этого «казнить нельзя помиловать»? Совершенно невыносимая ноша, — снова и снова сочувствовал мужчина творцу, — о чем только его не просят, чего только не желают, не жалея никого: ни себя, ни другого..»

Он пока еще не осмеливался посочувствовать себе самому. Ведь на это нужно огромное мужество и принятие. Другому сочувствовать легче.

— А чтобы Вы могли пожелать для Господа? — спросила я его

— Странный вопрос. Наверное, за всеми нашими людскими желаниями, не забывать о себе…

— Важная это вещь в мире – умение не забывать о себе, когда на тебе многое держится, — размышляла я вслух.

— Мне кажется, я начинаю понимать….

«….Снег. И мы беседуем вдвоем,
как нам одолеть большую зиму…
Одолеть ее необходимо,
чтобы вновь весной услышать гром.
Господи, спасибо, что живем!…»

 
123