Интеллигенция и интеллигентность

aa7d0f5a25d17c192f728a14b0b42822Звонок коллеги:

— Оль, можно я тебе пожалуюсь немножечко?

— Давай. Время есть. Жалуйся!

— Вот приходит с утра клиентка на консультацию с запросом, что ее отношения с невесткой оставляют желать лучшего.

— Так что? Наладить хочет?

— Как оказалось, нет.

— А что хотела?

— Пожаловаться.

— Как ты сейчас?

— Ну, примерно.

Так вот. Входит в кабинет дама очень приятной наружности. Ухоженная. Статная. Манерная вся такая. Садится. На спинку кресла не облокачивается. Ножки крестиком под себя поджимает. Выпрямляется. Затылок вверх тянет. Ридикюль на коленочках держит. Чуть в руках его теребит. Волнуется.

Предлагаю сумочку на столик поставить, чтобы руки освободить. Сесть по-удобнее. Сумочку ставит, но позу не меняет.

Рассказывает про свою невестку, с которой живет уже месяца два . Молодые ремонт в своей квартире делают, так она сына с невесткой пустила к себе на это время пожить.

А ее невестка – молодая девочка, которая приехала в Москву откуда-то из под Владимира. Приехала. Поступила в университет. И на втором курсе окончательно покорила сердце ее сына. Ребята расписались. И уже больше года живут. Хорошо живут. Не ссорятся. Но уж очень эта девочка даме не нравится. Не нравится до чертиков и плевков. (читать дальше…)

 

С разбитым сердцем можно жить

38699286Самые страшные и опасные вещи происходят незаметно. Эльза Петровна, имела дочь. И заботилась о ней. Все, как полагается: кормила, поила, обувала, одевала, водила в детский сад, а потом и в школу. И вместе с этим ежедневно, бережно и старательно передавала свой травматический опыт.

И Маше, ее дочери, ничего другого не оставалось, как покорно его принимать и прилежно учиться всем материнским урокам. Ведь мать для ребенка – это не только самое близкое, единственное существо во Вселенной, но еще и та точка отсчета, с которой начинается его жизнь, познание себя и мира, его особенностей и законов.

А мир у Эльзы Петровны был не добр. Так сложилось в ее жизни, что в детстве ей постоянно требовалось выживать. И даже когда условия в мире изменились на безопасные и даже очень благоприятные, Эльза Петровна этого не заметила. Не могла заметить. Так как сформированный защитный механизм, который позволил ей выжить, уже сам превратился в угрозу для жизни. Сам стал травматичным и опасным. И не только для ее, но и для Маши.

Эльза Петровна никому не доверяла. А эта позиция принципиального недоверия часто соседствует с другой – со скрытой или даже явной враждебностью к окружающим. Ведь в мире повсюду потенциальные враги и недоброжелатели. А если человек открыт и добр, то это лишь усиливало подозрительность Эльзы Петровны, которая считала, что другой хорошо замаскировался. И его действия и даже улыбки трактовались только, как враждебные выпады или презрительные насмешки. (читать дальше…)

 

Когда я вырасту и стану маленькой

Позвонила коллега. Она, как и я, тоже вошла в неспешный и благодатный возраст бабушки. Возраст, когда можно любить ребенка тем спокойным и глубоким чувством, которое лишено родительской эгоистической нервозности.

Может быть, поэтому любовь бабушек и дедушек бывает такой целительной для маленькой души ребенка. Может быть той любовью, которая направляет без дерганий, учит без понуканий, умеет отличать важное от второстепенного, ценностное от суетного и проходящего. Хотя я точно знаю, что некоторые родители тоже умеют так любить своих детей. И тогда повезло всем.

— Оль, ты ведь знаешь, что у нас Матильда умерла? Нашей Моти больше нет.

— Да, ты мне говорила. Я очень сочувствую всем вам.

Когда я вырасту и стану маленькой

Матильда была английским бульдогом, любимицей всей семьи, особенно внучки Насти. Собственно это была Настина собака.

Шесть лет назад, будучи уже взрослым псом, Матильда встречала Настю из роддома. И как-то сразу взяла над ребенком свое собачье шефство. Мотя всегда очень переживала за Настеньку. (читать дальше…)